Становление эмоционально-когнитивных связей

Построение модели психологического здоровья наталкивается на методологические трудности. Даже определение его легче поддается средствам негативной терминологии, например, мы можем вывести, что условием психологического здоровья будет отсутствие внутриличностных барьеров к самоосуществлению. В противном случае в определениях обозначается некий онтологический идеал.

Сложность заключается в том, что сущностные свойства человека, возможность реализовать которые и считается психологическим здоровьем, в своих истоках принадлежат глубинам человеческой души, поэтому их осуществление сопряжено со многими препятствиями. Этим, собственно, и обусловлено существование континуума «подавленность-проявленность» индивидуального существа. Каждая личная психология - точка на этом континууме, а две полярности его - нарушенность ⁄ гармоничность эмоционально-когнитивных связей.

В области нормальной психологии всегда можно заметить более или менее успешное функционирование механизмов собирания и поддержания целостного образа себя. Согласно К. Юнгу, в случае диссонансных переживаний, переживания внутреннего кризиса или столкновения со сложной жизненной ситуацией, личность архетипически предрасположена к расширению своего сознания, что означает ассимиляцию как накопленного, но не осознанного, жизненного опыта, так и содержания коллективного бессознательного. Для осуществления подобной ассимиляции формируется особая функция эго - трансцендентная. Она делает возможным погрузиться в личное и часть коллективного бессознательного, что приближает личность к самости. Всё это проходит в форме диалога с самим собой и приводит к серии инсайтов. Однако часто оказывается так, что за актуализацией в подобных ситуациях интровертированной установки, не следует действительного самоанализа. В отдельных случаях это оказывается вредным, и на обыденном уровне человеку рекомендуют отвлечься, не задумываться и т.п.

С одной стороны, нормальному функционированию данных механизмов может препятствовать содержание индивидуального бессознательного, а с другой ― несформированность эмоционально-когнитивных связей, когда, фигурально выражаясь, человек просто не привык обращаться к своему чувственному опыту. Проблема формирования указанных связей и является предметом нашего внимания.

Прежде всего, мы исходим из представления К. Юнга о синтезирующей деятельности архетипа самости. Совершенно очевидно, с одной стороны, что она осуществляется в тесном взаимодействии эмоций и когниций, но в то же время, самость существует гораздо раньше личного эмоционального опыта и складывания индивидуальной ментальности. Отсюда легко предположить, что становление эмоционально-когнитивных связей с самого начала проходит в соответствии с функциональным назначением архетипа самости. Однако это означает не более чем операционализацию архетипически заданных механизмов личности, поиск средств для их работы, подобно тому, как подавленная энергия инстинкта находит каналы высвобождения, делая их привычными для человека. Формулировка «Самость и становление эмоционально-когнитивных связей» подразумевает именно такое отношение к проблеме.

Особый интерес представляет ранний онтогенез человека, когда происходит закладка многих механизмов личности. Одним из таких механизмов функционирования личности как раз и является связь аффекта и интеллекта ― важнейшего новообразования при переходе от раннего детства к дошкольному. Оно заключается в возникновении образов и представлений, обладающих побудительной силой. До этого активность ребенка обусловливается исключительно его аффективностью. Однако, появление связи аффекта и интеллекта, конечно, не значит, что прежде две сферы психики находились в абсолютном параллелизме друг к другу: примесь когнитивного элемента можно усмотреть и в структуре аффективно окрашенного образа младенца.

Известна роль взрослого для формирования у младенца базового чувства доверия (Э. Эриксон), положительного эмоционального мироощущения (Кулагина И.Ю.). Наличие врожденной способности к контакту (априори: социальному взаимодействию) со взрослым (Рыбалко Е.Ф., Годовикова Д.Б., Крайг Г. и др.) делает возможным использовать его как адаптационный ресурс. Напомним, что К. Юнг рассматривал психический аппарат и его трехслойную структуру, как результирующую функции приспособления (см. «Приспособительная функция души», «Земная обусловленность души»). Первичная самость, данная в телесных ощущениях, очевидно, испытывает чрезмерное давление окружающей среды, поскольку малейший физический дискомфорт вызывает бурю эмоциональных реакций. В этот период, как представляется, психика ребенка испытывает дефицит средств приспособления, и в дальнейшем, по мере развития коры головного мозга, а соответственно и ресурсов адаптации, использует их как «восполняющую компенсацию». Примечательно, но человек на протяжении всей жизни, с позиции настоящего возраста, сетует на недостаток мудрости в прошлом, и как будто компенсаторно пытается их исправить.

Другие статьи:

Организация и методы исследования локуса контроля
Целью исследования является определение уровня субъективного контроля у детей, воспитывающихся в семьях алкоголиков, и в обычных семьях. Для достижения поставленной цели мы определили задачи: 1. Используя методику исследования уровня с ...

Представления о психике в эпоху Античности
Периодизация античной философии: 1) Этап натурфилософии - шел поиск общего принципа устройства мира; устройство души выводилось из общего принципа мироздания как частное следствие Проблему души отдельно не рассматривали. 2) - человека о ...

Зависимость качества социальной адаптации от синдромологической принадлежности заболевания
Распределение больных по уровню социальной адаптации представлено в табл. 11. Анализ данных показывает, что наиболее благоприятный прогноз СА отмечается в группах больных с депрессивным и истеро-депрессивным синдромами, при которых около ...